В бомбе увидел эдельвейс
Фото из архива Александра Кампера

Фото из архива Александра Кампера

«Русская планета» поговорила с новороссийским художником об археологических свидетельствах древней истории

Александр Кампер — новороссийский художник, скульптор. Из осколков разорвавшихся снарядов, авиабомб времен Великой Отечественной войны, старых немецких подков, колючей проволоки и рельсов он создает впечатляющие инсталляции, аналогов которым нет в России. Корреспондент «Русской планеты» побывала в поселке Мысхако, где находится мастерская Александра Кампера, и узнала, о чем свидетельствуют исторические артефакты.

По словам Кампера, на новороссийской земле более 200 памятников археологии. Это дольмены, городища, поселения, крепости, курганные и грунтовые могильники. Памятники охватывают многовековой период древней истории — от энеолита до Средневековья.

– Удивительное место не так давно нашли в поселке Натухаевская, недалеко от Новороссийска, — рассказывает Кампер. — Исследователи обнаружили там культурный слой толщиной в 15 сантиметров и огромную хозяйственную яму, заполненную артефактами. В яме были кости, черепки, керамика. Именно керамика привлекла внимание археологов. Поразило качество этих изделий. Сложилось впечатление, что племена, жившие тут в IV тысячелетии до нашей эры, пришли ниоткуда и принесли свою культуру, которую древние греки смогли повторить только через две тысячи лет. Неизвестно, куда потом ушли высокоразвитые племена. Они же шесть тысяч лет назад могли запрягать в повозки быков и пользоваться колесным транспортом. Их культура и быт поражают не одного меня.

Помимо уникальной керамики в указанном месте новороссийские археологи также обнаружили каменные топоры, древний очаг, целый сосуд, печи, в которых изготавливались керамика и драгоценности. Александр Камер уверен, что на территории Краснодарского края есть много неисследованных мест, которым угрожают три фактора. От первого, природного, никуда не деться. Второй фактор — это хозяйственная деятельность человека. Например, прокладка коммунальных сетей на участке, где обнаружили уникальный объект истории. И третий, самый важный — черные копатели, которые расхищают памятники археологии. Его подтверждают десятки разграбленных курганов на горах Сапун и Амзай, в окрестностях станиц Натухаевской, Раевской и поселка Горного. И если раньше варварские раскопками были любительскими, теперь ими занимаются целые полупрофессиональные бригады, оснащенные металлоискателями и спецтехникой для земляных работ.

– Александр, где вы берете материал для своих работ?

– Мои кисти и мольберт — лопата и металлоискатель. Я ничего не изобретаю и не изменяю, работаю только с готовым материалом, который нахожу в окрестностях Новороссийска — в тех местах, где были страшные бои во время Великой Отечественной войны. Особенно в апреле 1943 года. Тогда здесь был ад. Даже представить трудно, сколько оружия и боеприпасов осталось на новороссийской Малой земле. В детстве я, как и многие местные мальчишки, находил в лесах вокруг Новороссийска много чего опасного — немецкие гранаты, мины и прочие смертельные «игрушки». Когда учился во втором классе, помню, прихожу в школу, а у порога стоит гроб. Оказалось, пацаны из нашей школы нашли в лесу мины, разожгли костер, решили их взорвать. Те в костре лежали-лежали, и ничего с ними не происходило. Дети подбежали поближе, чтоб узнать, почему не взрываются их находки. Одного насмерть, другого сильно ранило. Этот случай из детства произвел на меня сильное впечатление. Конечно, мы не перестали исследовать лес и находить в чащах останки войны, от которых никуда не деться. Но относились к ним уже по-другому, не пытались взорвать или раскрутить. А во взрослой жизни остатки боевого оружия и вовсе стали складываться в философские инсталляции.

– Ваши работы не похожи одна на другую. Как вы все это изобретаете и продумываете?

– Вообще художником я стал по стечению обстоятельств. Бульдозер когда-то должен был уничтожить остатки древнего поселения в Мысхако для прокладки трубопровода. Я буквально «застыл» перед машиной и защитил археологические находки. Тогда же стал искать необыкновенные сочетания предметов древности и современности, заполняя эту железную связь времен глубокими идеями и мировоззренческими концепциями. Например, вот эта работа, взгляните. Я назвал ее «Эдельвейс». Со стороны посмотришь — железный цветок. А создал я его из найденной немецкой мины-«лягушки», которая разорвалась так, что сразу напомнила мне раскрывшийся эдельвейс. Найдена мина была мною в том месте, где во время боев за Новороссийск стояла немецкая четвертая горнострелковая дивизия. Предположительно на немецкой мине подорвался немецкий солдат. Рядом мы обнаружили его солдатский жетон, который стал частью экспозиции. Помимо творческой составляющей, я к тому же являюсь членом союза поисковых отрядов, работающих по линии Министерства обороны России. Вместе с единомышленниками мы попытались найти родственников немецкого солдата, который, скорее всего, подорвался на «лягушке», но пока тщетно. Да и боец тот официально числится без вести пропавшим.

Когда Александр Кампер разрешает мне исследовать его мастерскую самостоятельно, я обнаруживаю в ней массу удивительных работ. Одна из них «Контрибуция — плата за победу». Сделанные из основ мин, старых подков, колючей проволоки металлические фигуры напоминают символы евро и доллара. В основе другой работы — рельс советского производства, найденный в перекрытии немецкого блиндажа.

На стене мастерской располагается «Виноградная лоза» — одна из последних законченных работ скульптора, основой которой стали старые подковы. По-своему интересна инсталляция «Клетка», созданная из колючей проволоки. Ее дверцы всегда открыты. По соседству с уже готовыми работами мастера лежат груды железа, которым еще предстоит обрести форму, наполненную смыслом.

– Глядя на ваши работы, складывается впечатление, что все то, что когда-то служило орудием убийства, вы пытаетесь переделать во что-то созидающее. Это так?

– Каждая вещь имеет свою историю и свой характер. Это чрезвычайно важно. Когда я создаю инсталляцию, я просто даю вещам вторую жизнь. Считаю, что русские люди должны знать свою историю. А многие ею даже не интересуются, что печально. Более того, в тех местах, где в Новороссийске и его окрестностях шли ожесточенные бои, рекой лилась кровь, сейчас возводят многоэтажки, целые новые микрорайоны. Строят буквально на человеческих костях. Хотя несколько десятилетий до этого со всей страны сюда съезжались люди почтить память воинов, защищавших Новороссийск и Россию в Великой Отечественной войне. Война — страшная вещь, ее не понять. Даже и пытаться не стоит. Но есть же память, которую мы можем чтить. Почему спустя совсем немного лет мы стали забывать о подвигах тех, кто отдал жизнь за нас же? Почему дома вырастают в местах, где должны стоять памятники? Причем подобная забывчивость — бич не только Новороссийска. По статистике лишь 5% россиян интересуются историей своей страны и лишь 3% ее сохраняют. Удивительно!

– Вы один из этих трех процентов?

– Не мне решать.

В этот момент двери мастерской распахиваются и на пороге появляются мальчишки, живущие неподалеку.

– Дядя Саша, а когда вы нас на колодец поведете? А вы без нас не поедете? — галдят ребята. — Вы же обещали нас взять, рассказать, откуда наши на немцев наступали.

– Раз обещал, значит, сходим. Пусть немного потеплеет, — улыбаясь, говорит Кампер и оборачивается ко мне. — Вот они, эти три процента, кто сохранит историю. Я на это надеюсь.

В мастерской Александра Кампера я обнаруживаю работы, созданные из останков старинных амфор. Из картин, висящих на стенах, словно из морской пучины и песка выплывают осколки старинных сосудов.

– В I веке до нашей эры на территории Новороссийска жили племена. Но уже тогда Северное Причерноморье начали осваивать греки, которые-то и привезли сюда цивилизацию. Поэтому в одном и том же месте раскопок можно найти уникальные амфоры — как местного производства, так и завезенные сюда греками. Стенки местных рукотворных амфор имеют неравномерную толщину, а стенки греческих сосудов одинаковой толщины — их уже тогда делали с помощью гончарных станков, — поясняет Александр Кампер и демонстрирует останки тех и других сосудов, увековеченные им в инсталляциях.

Затем Кампер с гордостью показывает мне свою бесценную находку — статуэтку розовой Афродиты. Она была создана в начале I тыс. до н.э. Александр нашел ее при раскопках.

Художник признался, что ему интересно придавать предметам новый смысл.

– Когда люди разглядывают мои работы, я счастлив. Значит, они задумываются о жизни, ее предназначении. Мои произведения — это некая попытка разбудить спящее сознание глухонемого, не трогая его, — пояснил мастер. — Если мне хоть на миг это удалось, значит, живу не зря.

В 2009 году художник вместе со школьниками изготовил памятник для братской могилы на горе Колдун и по военным архивам восстановил фамилии 37 погребенных в ней десантников, погибших в боях за Малую землю.

Без окон, без дверей Далее в рубрике Без окон, без дверей«Русская планета» узнала о судьбе самых известных долгостроев Новороссийска Читайте в рубрике «Титульная страница» Путин ответилОтветы на самые актуальные вопросы, которые задали президенту, читайте на Русской Планете Путин ответил

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»