«Мы не люди. Нас нет…»
Фото: Ксения Демидова

Фото: Ксения Демидова

Беженцы с Украины о том, как они устроились в Новороссийске

Корреспондент «Русской планеты» встретилась с беженцами, покинувшими юго-восток Украины из-за войны, и узнала, как эти люди добирались в Новороссийск, как им живется в России.

«Уехали на море»

Семья Иващенко приехала в Новороссийск к дальним родственникам из Луганска. Двухлетняя Катя уже не помнит ту ночь, когда в соседний дом на их улице попал снаряд «Града», и рано утром вся семья с парой сумок вещей стояла на остановке, откуда отъезжали автобусы «на море».

– Дом соседей, куда попал снаряд, уже пустой был. Там не было никого. Волна от взрыва пошла такая, что мы все бросились в подвал. Пока мы с Катей там сидели, муж ночью собирал вещи. До последнего не хотели уезжать. Я медсестрой на «скорой» работала, муж в строительстве. Но куда ж уже тянуть-то было,— вспоминает Ирина Иващенко. — Прибежали утром на остановку. Откуда каждые три дня отправлялись автобусы. Как бы на море. На самом деле они ехали до Краснодара или до ближайшей российской границы. Мы доехали до Краснодара, заплатили водителю, как и все — по две тысячи рублей с человека. Когда в автобус садились, я мужу говорю: «Я ж не уволилась с работы официально, может, пойти документы забрать?» Потом думаю: «Какие там документы? Живым бы до границы доехать». Сейчас у родственников живем во времянке, но деньги заканчиваются. А у родни на шее сидеть не хочется. Они все пенсионеры. Муж пошел на стройку подрабатывать, на еду пока хватает. Но что будет зимой, не знаю. Катю в садик устроить не реально. Тут из местных деток очередь на несколько лет вперед, куда там нам. Местные власти так и сказали — на садик можете не рассчитывать.

Ирина рассказала, что местные жители относятся к ним с сочувствием.

– Сегодня добрые люди подарили Кате коляску хорошую, знаете, такую — с большой корзиной. Чтоб на рынок пошел и всего-всего в нее наложить мог. Удобная такая колясочка и для дитя, и для бабоньки, – смеется Ира. — Спросила у соседок, нет ли ненужной посуды? Они новые кастрюли отдали, а еще принесли постельное белье.

Муж Иры в сентябре собирается ехать назад в Луганск, так как с оставшимися там родственниками нет никакой связи с 3 августа. В том числе и с мамой Ирины.

– Возможно, повредили вышку. Не знаю. Страшно очень, — закрывает руками женщина. — У нас там дом на окраине Луганска остался. В огород выйдешь, слышно — шуршат кусты. Ополченцы прячутся. Муж хотел к ним присоединиться, а тут нас надо было вывозить. Да и не нужны там такие, как он вояки. Это же — пушечное мясо. Там среди ополченцев профессиональные военные. А мой — так ото…У нас уже несколько знакомых семей вернулось в Луганск, потому что деньги закончились. Вот и мы думаем, наверное, вернемся, пока там дом не растащили. Если еще есть, что растаскивать, конечно.

«Нас не обидишь. Мы войну видели…»

Семья Коростель в Донецке жила хорошо. Машины, квартиры, поездки за границу, сеть магазинов. Сейчас у них не осталось ничего.

– Мы приехали в Россию месяц назад. Я с женой и дочкой, родной брат с беременной супругой и мама с папой, — рассказывает старший из братьев Андрей Коростель. — В Донецке у нас было несколько магазинов автозапчастей, это был семейный бизнес. Первого магазина не стало, когда в него на рынке попал снаряд. Потом и другие пришлось закрыть, некому было в них работать, и обновление ассортимента стало невозможно — в город перестали поставлять любые товары. Даже еду и воду. Мы на родине оставили несколько автомобилей, три квартиры, технику. Ну, все! А бабушка с дедушкой ехать отказались. Сказали: «Вы молодые, еще наживете. А мы всю жизнь горбатились, работали. Не бросим хату, тут и помрем». С начала августа с ними нет связи, телефонная связь там не работает. Интернета тоже нет.

Младший брат Коростель поясняет — его супруге рожать в сентябре. А в родном городе для этого не осталось никаких условий.

– Роддома там уже давно нет, школ и детских садов тоже. Поэтому мы решили уезжать. Жене рожать скоро, а где там рожать? На развалинах? И племяннице в школу идти во второй класс, а там школы не откроют к учебному году, учителей нет, все разъехались. Там война, понимаете? Война! — рассказывает Павел Коростель. — Мы приехали сюда с тремя пакетами вещей, остановились у знакомых. Потом квартиру сняли, потому что жить бесплатно у друзей больше месяца нам было неудобно. С документами помогли местные власти. После мы устроились на завод простыми рабочими. Зарплату еще не получали, но получим же, надеюсь.

Братья вспоминают, как проходили границу. По их словам, до таможенного пункта их довез дедушка, а потом поехал назад. А там на территорию России пустили быстро.

– Таможенного поста со стороны Украины не было. А на территории России сели на поезд и приехали в Новороссийск. Знаете, нас тут соседи спрашивают, не обижают ли нас в России? Чем нас обидишь, мы от войны бежали? — поясняет Андрей Коростель. — То, что дома у нас был бизнес, а тут мы простыми рабочими трудимся…Это тоже опыт, мы не из белоручек. Зато не стреляют! Есть, правда, рабочие моменты. Когда пришли на завод, попали в бригаду к мастеру, который понял, что мы будем работать тут несмотря ни на что. Уходить нам некуда. Так он начал власть проявлять. «Принеси то, не знаю что…» — в таком роде.

Людмила Коростель, жена одного из братьев, на днях ходила в роддом и справлялась о том, можно ли ей рожать в Новороссийске.

– Врач меня осмотрела. Сказала, приходите, когда срок подойдет, положим в роддом, родите бесплатно. Конечно, без особого энтузиазма, но я ожидала худшего, — говорит Людмила. — А племянницу в школу берут, с этим все в порядке. Мне люди недавно пакет вещей для новорожденных отдали: пеленки, носочки, колготки, памперсы. И столик пеленальный. А кроватка у нас была. Я брала это все и вспоминала, как сама отдавала вещи волонтерам, в детский дом. Мы хорошо жили, возможность помочь была. Теперь вот сами, видите, на подаяния существуем. Так неудобно! И брать–то у людей не привыкли, больше отдавали. А сейчас просто выбора нет.  

16 человек в «двушке»

Семья Строевых из города Красный луч прибыла в Новороссийск два месяца назад. Все — шахтеры в третьем поколении: сын, отец, дед. До последнего не хотели уезжать, но когда поняли, что их семья — последняя на улице, решили собирать вещи.

– Мы по утрам начали находить на улице трупы людей. Без внутренностей. И не то, чтобы мужиков это сильно пугало, детям такое не объяснишь, понимаете? Выходишь за калитку, а там человек распотрошенный лежит. У нас четыре бабы. Из них две дочери и обе на сносях — в сентябре рожать. И двое детей — семь и двенадцать лет. Идешь на работу и думаешь: «Вернусь, живые они будут?» — рассказывает глава семейства Строевых Илья Петрович. — До границы добирались на такси. Все было просто, договорились с частным извозчиком, он и довез без проблем. Таксисты с военными общаются, знают, когда может быть обстрел. Нам таксист так рассказывал, когда выстрел бахнет, надо подождать, когда снаряд куда-нибудь приземлится. Потом орудие перезаряжают — в это затишье нужно брать ноги в руки и ехать. Мы в такое затишье и добирались. И вот, что интересно, все тикают, а таксисты деньги зарабатывают. Во, народ! Кому война, а кому мать родна. У нас такие люди, из всего выгоду найдут, а мы еще евреев ругаем.

Строевы держали большое хозяйство.

– И когда уже собрались в машину садиться, я думаю, а скотина ж как? Кто ее кормить будет? Мы последние на улице, и поручить некому. Надо выпускать. Побежала до коров, выпустила. Овец тоже, курей, цесарок, кролей. Стою, плачу, они все на улицу вышли, мычат, кричат. Я ж понимаю, с голоду помрет животина, сколько ж души в нее вложено. Хоть бы отдать ее за просто так, а кому? Сели в машину, поехали. А коровы за нами пошли. Ой, Господи! Не могу я вспоминать это все! Душа болит, — говорит Анастасия Федоровна. — А дом детям недавно новый купили, ремонт там сделали. Внуку в первый класс идти, в мае ему компьютер приобрели. Все оставили там. Тут на съемной квартире живем, мужчины на стройке подрабатывают, девчата в положении. Им беречься надо. Я пройдусь по соседям, кому прополоть огород помогу, кому по хозяйству — свинок покормить. По своему хозяйству дюже скучаю. Так мне и денежкой кто поможет, а кто чашку помидоров даст. И то дело. Голодными не останемся.

Перед тем как уехать, они просидели в подвале родного дома двое суток безвылазно. Благо, в подвале еды было столько, что еще месяц можно было просидеть: огурцы соленые в банках, салаты из домашнего болгарского перца. Только хлеба не было, но за ним наверх никто не пошел. Бомбили.

– Мы все — шахтеры, на шахте проработали много лет, больше ничего не умели. Но быстро научились. Пошли работать на стройку, пока без оформления, неофициально. Деньги платят, жить можно. Сняли на 16 человек двухкомнатную квартиру. Вот детей собираем в школу. Один в первый класс пойдет, вторая в шестой. В школу берут, соседи помогают с канцтоварами, — рассказывает зять Ильи Петровича. — Думали сначала возвращаться, а потом поняли: некуда там возвращаться, если у тебя есть дети, которых надо учить. Это маманя с тестем может еще до коров вернуться. А нам куда? Школы не работают, работы нет. Вчера один знакомый из Славянска, который тоже уехал в Новороссийск после бомбежек и работает со мной на стройке, рассказывал, что звонил на горячую линию Пенсионного фонда Украины. Он спросил, может ли он, временно проживая в России, получать здесь пенсию украинского гражданина? У него спросили, из какого города он уехал и где проживал. Он ответил — в Славянске. И ответ оператора был такой — города Славянска на карте Украины не существует. Соответственно и жителей, которым бы выплачивалась украинская пенсия, в Славянске нет. Мы не люди. Нас нет. То есть пока он работал в Славянске, платил налоги, которые ушли на обстрел его же дома, человек существовал. А теперь Славянск для Украины — это не город, а местность, где отсутствует население, и добывают сланцевый газ.

На сегодняшний день в Новороссийск, по официальным данным, прибыло более 2,3 тыс. вынужденных переселенцев с Украины, рассказал «Русской Планете» заместитель главы Новороссийска Андрей Фонарев. В отличие от Саратовской и Вологодской областей, в Краснодарском крае не действует Государственной программе содействия переселению в Россию соотечественников из-за рубежа.

– Там и в других, участвующих в программе областях, нашим соотечественникам выплачиваются подъемные, в зависимости от региона, — от 20 до 150 тысяч рублей на члена семьи. На Кубани такие выплаты не производятся. Но вы можете получить тут статус временного убежища, если здесь у вас есть принимающая сторона — друзья или родственники, готовые обеспечить регистрацию по месту жительства. Статус временного убежища дает право на официальное трудоустройство, вы сдаете свои паспорта в паспортный стол на год, на руки получаете свидетельство о временном убежище. В этот период вы работаете в Краснодарском крае, но покидать территорию региона не можете. Если захотите вернуться на Родину раньше, пожалуйста. Забираете паспорт, покидаете территорию России, — разъяснил Андрей Владимирович. — Лагеря временного размещения у нас нет. И не будет. Но городские власти на местном уровне пытаются решить проблему трудоустройства украинских граждан. Но для этого, повторюсь, они должны получить статус временного убежища, обратившись в паспортный стол. Бесплатную юридическую консультацию по поводу получения статуса вы можете получить по субботам в администрации Новороссийска, по адресу Советов, 18.

Трое украинок уже родили в новороссийском роддоме, еще около 130 женщин встали на учет в женскую консультацию. Всю медицинскую помощь молодые мамы и дети получают бесплатно.

– С детскими садами помочь не сможем, в очереди на детский сад сегодня значится более девяти тысяч новороссийских детей, — говорит Фонарев. — Со школами вопрос решен положительно. Всех детей школьного возраста 1 сентября ждут в школах города по месту жительства. Форма — белый верх, темный низ. В школах за питание новороссийских детей платят их родители. Это распространяется и на вновь прибывших украинских школьников и их родителей. Если ребята с Украины не будут дотягивать программу русских школ, педагоги подтянут их бесплатно. Что касается студентов украинских вузов, до 20 августа в вузах Новороссийска были открыты места на бюджет по разным специальностям. Сейчас набор на бюджет студентов с Украины закрыт. Но бюджетные места в новороссийских училищах для украинских беженцев еще остались.

«Мачта — это алюминиевая труба от поливальной установки» Далее в рубрике «Мачта — это алюминиевая труба от поливальной установки»Судостроитель-любитель рассказал «Русской планете» о том, как превратить детскую мечту в профессиональное увлечение Читайте в рубрике «Титульная страница» Об «убийцах» Дмитрия Марьянова и Константина СарсанииСмерть знаменитого актера и футбольного функционера вызвала вопросы Об «убийцах» Дмитрия Марьянова и Константина Сарсании

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
История, политика и наука с её дронами-убийцами
Читайте ежедневные материалы на гуманитарные темы. Подпишитесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»